Бюллетень Всемирной организации здравоохранения

Контроль над наркотическими средствами и общественное здравоохранение: выход из тупика

Робин Рум является членом группы по моделированию наркополитики. Эта группа использует имеющиеся данные для прогнозирования того, как изменится степень вреда, причиняемого незаконными наркотиками, в случае изменения политики или условий. Фиона Флэк (Fiona Fleck) беседует с Робином Румом (Robin Room) о возможных вариантах, альтернативных сегодняшней незаконной торговле наркотиками, и о последствиях таких действий для общественного здравоохранения.

Робин Рум
С любезного согласия Робина Рума
Робин Рум

С 2006 года Робин Рум (Robin Room) занимает должности профессора Кафедры охраны здоровья населения и руководителя социальных исследований в области алкоголя, проводимых факультетом охраны здоровья населения Университета Мельбурна, а также директора Центра по исследованию алкогольной политики в составе Центра по лечению алкоголизма и наркомании «Turning Point» в Мельбурне, Австралия. С 1999 года он также является профессором Центра социальных исследований в области алкоголя и наркотиков при Стокгольмском университете, Швеция. Его работа, охватывающая три континента и пять десятилетий, направлена на исследование вреда, причиняемого веществами, которые вызывают привыкание, в частности алкоголем. Робин Рум начинал свою деятельность в качестве исследователя в Калифорнии, где в 1978 году получил докторскую степень по социологии.

Вопрос: На протяжении последних двух лет шесть бывших президентов и другие видные деятели неоднократно призывали прекратить «проигранную войну с наркотиками». Группа, называющая себя Глобальной комиссией по наркополитике, считает, что необходима реформа режима глобального запрета наркотиков. В октябре прошлого года Лондонская школа экономики выпустила доклад, где также утверждается, что глобальная война с наркотиками проиграна. Вы согласны с этой оценкой?

Ответ: Принимая во внимание фактические данные за период, последовавший за принятием в 1961 году Единой конвенции Организации Объединенных Наций о наркотических средствах, многие ученые соглашаются с тем, что запрет легального рынка наркотических средств для немедицинского использования не привел к желаемым результатам. В то время как спрос на конкретные наркотические средства в разных странах варьируется, почти повсеместно существует значительный спрос на психоактивные вещества для немедицинского использования. Система не смогла ориентировать этот спрос исключительно на легальные альтернативы, которые во многих местах, как ни странно, включают алкоголь и табак.

Вопрос: Как мы дошли до такого положения?

Ответ: В основе нынешней международной политики по установлению контроля над наркотиками лежат первоначальные соглашения о наркотиках 1912 года, которые стали побочным результатом международного движения за трезвость. Сегодняшняя ситуация основана на политическом урегулировании, достигнутом в середине 20-го века, а эти соглашения сформулированы настолько негибко, что приспособить их к современным условиям нелегко.

Вопрос: Принимая во внимание эти международные соглашения, можно ли считать основанную на фактических данных наркополитику практически осуществимой?

Ответ: Во многих странах с высоким уровнем дохода и в некоторых странах со средним и низким уровнем дохода имеются примеры политики, основанной на фактических данных, особенно в области лечения. Имеется значительная база фактических данных, свидетельствующих о том, что поддерживающая терапия метадоном или бупренорфином для замещения героина или опиатов эффективна с точки зрения снижения уровней передачи ВИЧ, незаконного использования наркотиков и криминального поведения, а также способствует реинтеграции. Предоставление опиоидной заместительной терапии отражает прагматические политические решения, основанные на фактических данных, зачастую наталкивающиеся на значительное сопротивление по нравственным и идеологическим соображениям. В области предотвращения употребления наркотиков и связанных с ним вредных последствий, а также в области установления контроля над наркотиками примеров политики, основанной на фактических данных, гораздо меньше.

Вопрос: Каковы результаты запрета наркотиков?

Ответ: За несколько десятилетий после Второй мировой войны сфера охвата соглашений о контроле над наркотиками была значительно расширена. Криминализация торговли запрещенными веществами привела к тому, что черный рынок стал высоко прибыльным. Между тем, научные исследования в области биомедицины, эпидемиологии и психофармакологии свидетельствуют о том, что алкоголь и табак входят в число самых вредных психоактивных веществ, поэтому решение, принятое в середине 20-го века, о разрешении торговли алкоголем и табаком, но о запрете торговли другими наркотическими средствами оказалось катастрофическим с точки зрения общественного здравоохранения.

Вопрос:Должны ли страны вернуться к международному запрету алкоголя и табака?

Ответ: Нет. Хотя алкоголь и табак являются двумя из трех основных факторов риска развития многих неинфекционных заболеваний, их запрет привел бы к повторению проблемы незаконных рынков, которые мы уже имеем в отношении наркотических средств. Международные конвенции о контроле над наркотиками необходимо пересмотреть с учетом фактических данных о вреде, причиняемом алкоголем и табаком, который мы наблюдаем на протяжении последних десятилетий. Необходимо установить более строгий международный контроль над этими продуктами. В связи со значительными экономическими интересами в области продажи и стимулирования сбыта алкоголя и табака усилия, направленные на их включение в международные конвенции о наркотических средствах, неизбежно наталкиваются на политическое противодействие.

Вопрос:Принимая во внимание условия международных соглашений, насколько страны свободны в формулировании своей собственной политики по установлению контроля над наркотиками и программ лечения наркотической зависимости?

Ответ: Соглашения о наркотиках занимают необычное место среди международных соглашений с точки зрения тех пределов, в которых страны отказываются от права принимать свои собственные решения по внутренним вопросам. Так, например, в соответствии с Конвенцией ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 года, страны, при условии соблюдения их конституционных принципов, должны считать уголовным преступлением владение наркотиками для личного употребления.

Ответ: Какие проблемы возникают в связи с такими положениями?

Ответ: Страны ограничены в своих возможностях для формулирования собственной наркополитики, хотя некоторые из них раздвигают эти границы путем декриминализации личного владения и употребления. Область, где страны имеют довольно широкий выбор, касается программ лечения, так как любые ссылки на них в соглашениях, как правило, носят поощрительный характер. Тем не менее, даже здесь международная система контроля пытается ограничить варианты, утверждая, например, что согласно Конвенциям пункты инъекций под медицинским наблюдением не разрешены.

Вопрос: Каковы последствия выхода Боливии из Единой конвенции ООН о наркотических средствах 1961 года и ее последующего повторного присоединения в связи с вопросом о том, должно ли жевание листьев коки признаваться криминальным?

Ответ: При объявлении о своем выходе Боливия заявила, что она готова к повторному присоединению с оговоркой в отношении листьев коки, и недавно было утверждено ее повторное присоединение на этом основании. Такой путь кажется сложным и драматичным, но для Боливии это было единственной легальной возможностью добиться желаемой модификации в отношении международных соглашений о наркотиках. Это один путь для изменений, другим путем для стран, придерживающихся аналогичных взглядов, было бы принятие нового соглашения.

Вопрос: Возможна ли легализация незаконных наркотических средств?

Ответ: По условиям существующих соглашений нет, за исключением медицинского использования. А вообще, конечно же, это возможно, как это доказали, например, Соединенные Штаты Америки, когда сняли запрет на алкоголь. Легализация не означает снятия всех мер контроля на рынке. Нет таких продуктов, в отношении которых можно было бы говорить о полном отсутствии контроля в условиях современного государства. Одним из подходов могла бы быть система контроля над наркотическими средствами, аналогичная системе контроля над алкоголем, существующая во многих странах. Такая система обычно включает, как минимум, особые лицензии на производство, распространение и продажу продукции, а также условия в отношении времени, количества, состава и других аспектов продажи. Или же само государство может осуществлять розничную торговлю, как это делается в ряде стран в отношении алкоголя. Накоплен более чем вековой опыт в области принятия самых разных мер — от крайне ограничительных до самых либеральных.

Вопрос: Поможет ли это решению проблем в области общественного здравоохранения, связанных с незаконным употреблением наркотиков?

Ответ: Ни один вариант политики не устранит всех проблем в области общественного здравоохранения. Но, по моему мнению, строго контролируемый легализованный рынок будет способствовать уменьшению общего бремени проблем со здоровьем, вызываемых этими наркотическими средствами. Меры по созданию такого контролируемого рынка, несомненно, могут быть действенными.Они могут обеспечить эффективную конкуренцию, которая со временем приведет к уменьшению каких-либо незаконных рынков до незначительных размеров. Кроме того, было бы целесообразным запретить все виды рекламы и другие формы стимулирования продажи таких продуктов. В области установления контроля над алкоголем и табаком извлечены уроки, свидетельствующие о том, что ограничения и другие меры контроля над рынком действительно могут уменьшить потребление наркотиков и связанный с этим вред, но наркотики должны быть изъяты из каких-либо соглашений и положений о свободной торговле, а коммерческая заинтересованность в расширении продажи и, соответственно, в расширении употребления должна быть максимально нейтрализована.

Вопрос: Каковы препятствия на пути создания легального внутреннего рынка для немедицинского использования этих наркотических средств?

Ответ: Такая система контроля над наркотиками не будет соответствовать действующим в настоящее время конвенциям о наркотиках. Ее существование будет зависеть либо от существенных изменений соглашений; либо от выхода соответствующей страны из соглашений и, возможно, ее повторного присоединения с оговорками, в случае согласия других сторон; либо от игнорирования соглашений. С учетом более широкой сети международных обязательств последний вариант будет проще всего осуществить в сильной стране.

Вопрос: Если страна пойдет этим путем, как она будет противостоять неизбежному процветанию черного рынка этих наркотиков?

Ответ: Прошлый опыт в области запретов алкоголя показывает, что легальный рынок наркотиков не приведет к немедленной ликвидации параллельного черного рынка, но составит ему эффективную конкуренцию в случае, если налоги на легальную продукцию не будут слишком высокими. Опыт в области установления контроля над алкоголем показал, что со временем параллельные черные рынки пришли в упадок и на сегодняшний день в большинстве стран с высоким уровнем дохода являются незначительными. Основную угрозу для эффективного контроля на легальном рынке представляют не интересы черного рынка, а влияние легальной промышленности на политику для того, чтобы со временем расширить наличие и, соответственно, повысить прибыль.

Вопрос: Учитывают ли правительства советы таких групп, как Группа по моделированию наркополитики в Сиднее, членом которой Вы являетесь?

Ответ: Есть примеры научных исследований, повлиявших на политику. Исследования последствий декриминализации незаконного владения и употребления наркотиков, например в Чешской Республике и Португалии, оказывают влияние на проходящие в настоящее время обсуждения политики во многих странах. Проведенное исследователями Шеффилдского университета моделирование изменения цен и налогов на алкоголь имело решающее значение для шагов, предпринятых в Соединенном Королевстве Великобритании и Северной Ирландии с целью установления минимальных цен на алкогольные напитки. Однако правительства могут запрашивать основанные на фактических данных рекомендации, а затем отклонять их. Так произошло в США с рекомендацией Комиссии Shafer Президенту [Ричарду] Никсону в отношении марихуаны и во Франции в 1999 году с рекомендацией экспертной группы Roques государственному секретариату здравоохранения в отношении алкоголя и марихуаны. Но в политике может открываться окно возможностей. Когда это происходит, научные исследования внезапно становятся основой для изменения политики. Похоже, что сейчас наступил именно такой момент для международной системы контроля над наркотиками. В частности, в Латинской Америке, от Гватемалы до Уругвая, правительства ставят под сомнение существующую систему и обращаются к исследователям за фактическими данными и рекомендациями в отношении альтернативных решений.

Вопрос: Почему многие политики продолжают противодействовать принятию решений, альтернативных войне с наркотиками?

Ответ: Никогда нельзя недооценивать силу существующего положения и заинтересованность в его сохранении. Международная система контроля над наркотиками создавалась на протяжении более чем 100 лет с акцентом на криминализацию и обеспечение исполнения законов. Понятно, что сторонники этой системы боятся перемен. Более того, на протяжении последних десятилетий наркотики были инструментом внешней политики для сильных стран, а бедные страны часто проводили маневры с целью получения международной помощи, предоставляемой в качестве составной части войны с наркотиками. Независимо от того, насколько плохо обстоят дела, всегда можно утверждать, что любая система, альтернативная существующей международной системе контроля над наркотиками, будет хуже. Мы имеем дело с трудноразрешимыми проблемами, когда все политические варианты имеют свои недостатки. И, тем не менее, сейчас трудно найти серьезного ученого, который утверждал бы, что глобальная война с наркотиками увенчалась успехом.

Отправить эту страницу