Дневник событий: от страха — к действиям в борьбе с Эболой

Летиция Линн

Май 2015 г.

Когда Летиция Линн (Leticia Linn) 13 июля 2014 года прибыла в Монровию, большинство людей в Либерии не воспринимали Эболу серьезно и отрицали, что вспышка распространялась. Являясь экспертом по коммуникациям, Летиция работала с группой Министерства здравоохранения над установлением связей со средствами массовой информации и информированием населения об этой болезни. Но когда Эбола распространилась на Нигерию и США, и когда в Либерии количество случаев утроилось, отрицание Эболы сменилось страхом.

Эбола в Либерии: радиостанции рассказывали об этой болезни, говорили, как ее предотвратить, и какие меры принимало правительство.
Эбола в Либерии: радиостанции рассказывали об этой болезни, говорили, как ее предотвратить, и какие меры принимало правительство.
ВОЗ

«Мы перестали обниматься. Сейчас мы приветствуем друг друга, прикасаясь локтями, чтобы не заразиться Эболой», — так объяснила мне женщина, когда я впервые пришла в Министерство здравоохранения Либерии на мое первое совещание по этой вспышке. Это было 14 июля 2014 года, через несколько часов после моего прибытия в Монровию, и действительно никаких объятий не было до тех пор, пока я не покинула Либерию спустя три недели.

В период с марта по июль прошлого года Либерия зарегистрировала около 140 случаев заболевания Эболой и более 80 случаев смерти. Вспышка была сосредоточена в Монровии и в графстве Лофа на границе с Гвинеей и Сьерра-Леоне. Однако Эболе еще предстояло оказать серьезное воздействие на повседневную жизнь: тысячи людей продолжали скапливаться на ежедневных рынках, церкви были полны и такси продолжали возить людей туда и обратно.

Ситуацию осложняли слухи

Я слышала, что многие, если не большинство людей отказывались признать, что это действительно была вспышка Эболы. Я начала понимать истинный смысл этого только после приезда. Во время первой недели моего пребывания в Монровии не было ни одного упоминания о вспышке по радио, за исключением радиостанции ООН, которая выделила определенное время для ежедневного информирования об этой болезни. Газеты сообщали о политических дебатах и освещали самые разные темы, включая предполагаемые виды «лечения» Эболы, но, похоже, не было никакого интереса обсуждать саму вспышку. Помню, я увидела одну листовку о профилактике Эболы в гостинице и одну в здании ООН.

Некоторые радиостанции начали ставить в эфир две песни, записанные местными исполнителями, в которых были слова о том, что Эбола — это реальность, и волонтеры посещали каждый дом, распространяя брошюры, объясняющие, как предотвратить эту болезнь, но отрицание Эболы продолжалось. На совещании в Министерстве здравоохранения волонтеры сообщили о том, что люди не хотели им верить или просто не обращали на них внимание. Уныние и отчаяние было ощутимым среди участников группы Министерства по борьбе с Эболой и работников из других учреждений и организаций, оказывавших им поддержку. Безусловно, информационные сообщения о профилактике болезни не доходили до населения, и ситуацию еще более осложняли слухи.

Моим первым заданием было отвечать на вопросы журналистов, но в течение первых двух недель моего пребывания внимание средств массовой информации было сосредоточено не на Либерии, а на Гвинее и Сьерра-Леоне. Я присоединилась к другим коллегам и работала над подготовкой других графств в Либерии, которые еще не были поражены Эболой, усиливая координацию с партнерами, уже присутствовавшими на местах, и осуществляя поиск других способов обеспечения, чтобы сообщения о профилактике болезни достигали население.

Старосты деревень привлекли свои общины

Летиция Линн (слева), эксперт ВОЗ по коммуникациям, в Либерии
Летиция Линн (слева), эксперт ВОЗ по коммуникациям, в Либерии
ВОЗ

Одним из способов было использование свидетельств людей, выживших после Эболы, чтобы показать, как своевременная помощь может спасти жизни, а также доказать, что болезнь существует. Эти сообщения были переданы вождям племен на совещании между органами Либерии и представителями ВОЗ. Вожди выслушали их с удивлением и подтвердили ценность полученной информации. Они задали много вопросов, особенно о том, как отвечать на вопросы населения об этой болезни.

С помощью Радио ООН вожди согласились записать сообщения на своих диалектах, чтобы предупредить жителей своих общин об Эболе. Затем они отправились в свои районы, чтобы прямо поговорить с членами каждой общины.

События в стране начали разворачиваться очень быстро. В течение этих недель один мужчина приехал из Либерии в Нигерию и умер от Эболы. Через несколько дней было подтверждено, что два американских медработника заразились во время лечения больных Эболой. Это сосредоточило внимание мира на Либерии, и посыпались звонки журналистов-международников.

Внезапно Эбола стала повсюду

Серьезность ситуации в Либерии стала еще более очевидной в связи со смертью от Эболы известного местного врача. Правительство отменило празднование Дня независимости Либерии 26 июля из-за того, что тысячи людей из разных частей страны могли собраться в столице, создав тем самым вероятность увеличения числа случаев заболевания. Было отложено начало нового учебного года. Все отрасли правительства были мобилизованы для сотрудничества с Министерством здравоохранения на борьбу с Эболой.

Внезапно Эбола стала повсюду. Радиостанции начали говорить почти исключительно об этой болезни, о том, как ее предотвратить и о том, какие меры принимает правительство. Авиакомпании начали рассматривать вопрос о прекращении полетов в Либерию. Во всех общественных местах — государственных учреждениях, гостиницах, ресторанах, церквях — были установлены большие контейнеры для мытья рук с хлоркой. Немногочисленные люди, ходившие по улицам Монровии, носили резиновые перчатки и лицевые маски.

От отрицания и страха — к действиям

Отрицание уступило место страху. Встала трудная задача — отыскать людей, которые вступали в контакт с больными Эболой, так как многие были напуганы и прятались. В Монровии велась работа по расширению центров лечения Эболы, так как ожидалось поступление большого количества больных. Однако соседи были напуганы и сопротивлялись созданию центров вблизи их домов. Я видела группу жителей, которые перекрыли улицу и требовали, чтобы органы власти прибыли и нашли подозрительного больного Эболой.

К началу августа, когда я покинула Либерию, число случаев Эболы утроилось за три недели до 470, срдде них было 220 случаев смерти. Отрицание Эболы сменилось страхом Эболы. Ситуация значительно ухудшилась, прежде чем начала улучшаться.

9 мая 2015 г. ВОЗ объявила Либерию свободной от передачи вируса Эболы.